"Как ты?"

Сева восседал на краешке стула, доскребая остатки ужина, прилипшие к сковородке. Взвизгнувший телефон застал его врасплох. Сева прикусил вилку, и на раскрасневшейся, масляной губе проступила капелька крови. Глотнув из стакана, Сева прошёл в комнату и щёлкнул пальцем по крышке мобильника. Сообщение от Александры.  «Как ты?» 

Душа и тело в мгновенье наполнились теплом и ликованием, Сева заулыбался во всю ширину лица и свободно плюхнулся спиною на кровать, держа телефон перед собою на уровне глаз. «Как ты?»  

«Как ты?» - радостно перечитывал он снова и снова. «Как ты?»

«Вот дура! Хреново я!» - он проделал беззвучное движение губами, не отрывая глаз от телефона. «Раздавлен и брошен, выброшен тобою, свалила, дура, ни слуху, ни духу. Как я? Что ты думаешь, я буду писать тебе, как я тут парюсь?» - лицо Севы сияло. «Ушла, коза, ведь ни с чего ушла. А сколько я терпел твоих заморочек! На сколькое закрывал глаза! И вот те, бросила, свалила. Оставила и свет за собой погасила». 

Сева вспомнил, как она ушла морозным утром, как он, в ожидании провалявшись зазря полчаса, начал её искать СМС-ками, звонками, матюками и уговорами. Как глупо он выглядел через неделю, позвонив её подруге, ничего не знавшей об их ссоре. Как ему было плохо, когда он, превозмогая себя, позвонил её матери и узнал, что Саша вернулась в посёлок. Вернулась в посёлок, уйдя от него! Это было ощутимым ударом по самолюбию. Так вот, где ей лучше!   

Сева заметил, что выкурил третью сигарету подряд, поднялся и вышел из дома. «Как ты?»  Нежное и грустное чувство наполняло его, одновременно раздражая. Хотелось злиться. Он отчего-то не злился, вспоминал её голос, какие-то несвязные обрывки слов. Хотелось тронуть её волосы, он несколько раз приподнимал на ходу руку, но её образ развеивался всякий раз, не выдерживая на себе Севиной сосредоточенности. Словно руки у него были слишком грубыми.  

Сева широко и быстро шагал, нескончаемо дымя сигаретами, и мысли скакали одна за другой, подстёгиваемые встрясками от его шагов.  

Сева вдруг вспомнил, как, узнав о случившемся, приходила Анька. 

- Ну и давно пора, жаль, ты сам её не выставил! – сказала она. -  Была бы баба серьёзная, так ведь кобыла! Я тебе сразу говорила, не стоит она тебя. Даже противно, с кем ты связался!  

Слова сестры нисколько не утешали. Напротив, Севе становилось ещё горше, потому, что ему хотелось не соглашаться, а спорить с Анькой, защищая Сашу. «Всё, хватит!» - сказал он себе. Сева сел на скамейку, отбросив очередной окурок. Звуки проезжающих автомобилей, шелестящих шинами, подчёркивали в наступившем вечере нечто примирительное. И воздух показался тёплым, слегка потемнев на фоне светлых витрин. 

Сева снова достал телефон. «Как ты?» Сева набрал ответ:

«Лучше не бывает!»