Мато (Червь) Валтонен – пятидесятилетний, аккуратно одетый мужчина, больше похож на адвентистского проповедника, чем на безбашенного панка из Leningrad Cowboys. Его простые манеры и ровный голос лишены нарочитого эпатажа. И слушать его легко.
«В жизни всегда должно быть что-нибудь интересное и в прошлом, и в будущем. Ведь сколько не тормози, жизнь, как скользкая ледяная горка, сама прикатит тебя к подножью. Горше и бессмысленнее не придумаешь судьбы, чем у старика без ехидной усмешки, мол, вот я-то в своё время … Осмотритесь, есть ли в ваших планах выдающиеся события, поджидающие вашего прибытия в будущем, и есть ли у вас багаж запоминающихся моментов в прошлом, потому что если у вас их нет, вам срочно нужно что-то менять.
Чаще всего как следует почудить и покуролесить людям мешает робость. Кто-то не так поймёт или криво посмотрит. Но это так безрассудно, жертвовать единственную жизнь из вежливости, точнее даже простого предположения, что эта жертва кому-то нужна, и будет оценена кем-то. Нет! Не ради мирной жизни вашего соседа или тётушки завязалась жизнь на планете, не ради неприкосновенных деревенских порядков человечество добывало огонь и претерпевало эволюцию черепных костей. Если смысл жизни и существует, он не сводится к тому, чтобы прожить её наиболее незаметно и тихо, не попавшись на глаза почтальону, старейшине, полицейскому и судье.
Мне до сегодняшнего дня удавалось жить не кривя душой, я не дня не имел дела ни с одни говнюком, и могу утверждать, что это вполне возможно. При этом я повидал многое и повеселился не мало. И теперь, прожив уже добрую часть отпущенного человеку времени, я прихожу к выводу, что жизнь всегда даёт нам то, чего мы очень хотим, и чего мы заслуживаем. Я не богат, то есть и не беден, но и не настолько богат, но, думаю, если бы все мои желания заключались в красном Феррари, под окнами моей квартиры в Каллио уже стояла бы эта Феррари. Пусть и собственноручно переделанная из Форда Мондео. Ведь жизнь даёт нам то, что мы очень хотим, и то, чего мы действительно заслуживаем. А человек заслуживает многое. Надо лишь разобраться со своими желаниями.
Нам всегда хотелось делать шоу, но так, как никто до нас не делал. Пусть нам не хватало опыта, мы делали лишь то, что считали нужным. Придумывая эффектные декорации, мы могли себе позволить соорудить на сцене огромные сиськи, и люди не падали в обморок, в обморок падали поборники слепой морали. Но что возьмёшь с панков?
Однажды мы с парнями соорудили огромную «полицейскую» машину на основе старого грузовичка. Выкрашенная в цвета, напоминающие полицейскую покраску, она была увенчана четырьмя перевёрнутыми вёдрами вместо мигалок. Получилось очень смешно. Когда на перекрёстке мы поравнялись с полицейским патрулём, из маленькой машинки, выглядевшей, как уменьшенная копия нашего грузовичка, выскочил разъярённый до бардового состояния капрал и стал орать громче своей сирены! Он грозился всеми возможными карами, вплоть до сибирской ссылки, а мы в ответ весело улыбались.
Когда капрал созвонился с дежурным майором и стал объяснять, что нарушители (мы, значит) выдают себя за представителей закона, выкрасив грузовик синей краской, укрепив на крыше четыре ведра, мы хохотали вместе с остальными свидетелями этой сцены. Когда злой от бессилия капрал уезжал, глядя на его лицо, я узнал, что следом за бардовым цветом идёт коричнево-фиолетовый.
Быть может, передаваемое на словах, всё это и не кажется таким весёлым и значительным, но для меня лично в моей жизни такие моменты остаются самыми драгоценными. Я знаю, что я прожил жизнь именно так, как мне нравилось и хотелось. И я получаю именно то, чего заслуживаю. Своё, и по справедливости. Я честен по отношению к самому себе, у меня нет недомолвок со своей жизнью, я доверяю своей судьбе и знаю, что в моей жизни возможно всё, кроме одного. В моей жизни отсутствует понятие «невозможно».
Когда вам говорят это слово, которое не мешало бы отменить из всех словарей, вам подрезают крылья. Есть понятие «не получилось», но это когда что-то попробовано. Не получилось, но могло бы, а значит, попытку можно повторить, если оно стоит того. Говоря «невозможно», вы лишает себя и других шанса воплотить мечту, задумку, надежду. Невозможно выжить в пещерах, добывая мамонтов деревянными палками, заострёнными о склон скалы. Невозможно, обмотавшись шкурами, протопать пешком от Африки до Финляндии, не имея представления о географии. И то и другое всё-таки было сделано, ведь мы сейчас разговариваем с вами. Я расскажу вам, как мне лично удалось доказать несуществование понятия «невозможно».
Однажды, ещё во времена существования Советского Союза, исчезновение которого было просто невозможно представить, нас пригласили дать большой концерт на Дне города. Для нас было честью выступать на Сенатской площади, и мы решили приготовить что-нибудь абсолютно потрясающее. Мы решили устроить лучшее представление, на которое были способны. Ясно было, что простого концерта было бы не достаточно. Мы решили улучшить его музыкальную составляющую. Менять музыкантов, то бишь самих себя нам не захотелось, но вот если бы поиметь лучший в мире бэк-вокал! Кто-то кинул идею пригласить хороший мужской хор, но не просто хороший, а лучший мужской хор в мире! Всем известно, что лучший в мире мужской хор – это хор Красной Армии в Москве.
И вот тогда прозвучало резонное «невозможно». Советские офицеры никогда не будут участвовать в рок-концерте. Советские офицеры никогда не будут выступать с панками. Советские офицеры не будут даже разговаривать с нами, ведь наше имя – Leningrad Cowboys в Советском Союзе расценивалось бы, как насмешка или оскорбление. Со всех сторон нам твердили «невозможно», но никто даже не хотел попробовать на вкус это «невозможно», вдруг оно не настолько кисло, как кажется.
И мы реши попробовать.
Лишь потом нам стало известно, что спасло нас тогда то, что переводчиком была женщина. Мужчина на другом конце не решался закончить разговор первым. И когда мы, прочтя все наши пылкие речи, предложили приехать и встретиться в Москве, он, вероятнее для того, чтобы поскорее от нас отвязаться, пробурчал своё сухое «да». За что мы и ухватились!
Время ушло на получение виз и на саму поездку в сумасшедшую Москву, и вот мы во всей красе стоим в московском кабинете перед директором хора. Мы читали ему наши бумажки, уговаривали и уламывали, обещали всемирную славу и несметные богатства. Он оставался хмур и непроницаем. Мы уже начали осознавать, что затеяли невозможное, ожидая, что нас выдворят из страны под конвоем красноармейцев, как вдруг он произнёс своё второе «да». Это был наш триумфальный момент счастья и изумления. Невозможное растаяло, уступив место вполне возможному.
Мы вернулись домой счастливыми и начали подготавливать самое лучшее выступление, на которое были способны. В день концерта из Москвы прибыл поезд с хором. Мы пришли их встречать, но по прибытию все они поспешно растворились в толпе, просто разбежались, мы так и остались на перроне, ничего не понимая. Позже выяснилась истинная причина того московского «да». Не деньги и не мирская слава подкупили директора хора. Нам в который раз повезло, ведь именно в Финляндии можно было раздобыть любые запчасти для Лады, а в России их раздобыть было НЕВОЗМОЖНО! Как бы то ни было, поезд был затарен под завязку, и к вечеру весь состав хора прибыл на Сенатскую площадь. Только тогда ребята поняли во что ввязались. Кричащее, ликующее море людей, панк-шоу и хор Красной Армии на Дне города в Хельсинки! Но они были настоящим профессионалами и концерт прошёл на ура! После концерта был банкет, и каждый офицер согласно русской традиции целовал нас в губы. Нам трясли и трясли руки, говоря, что это было самым лучшим выступлением в их жизни. Все мы братались и были счастливы.
После этого у нас было много концертов во всём мире, но тог первый концерт незабываем. И именно этот день и этот случай свидетельствуют, что слово «невозможно» имеет смысл удалить из всех словарей на свете. Просто заменить его на «ещё никем не испробовано»
…
Комментариев нет:
Отправить комментарий